Вечер перед днем солнцестояния.

Жигули зарычали, когда Антон сильнее придавил педаль газа, словно подбадривая себя и пошли на штурм крутого подъема. Вокруг, куда не глянь, была только густая стена леса, сквозь заросли которого и вилась дорога. Если конечно её так можно было назвать. Скорее уж просто лесная тропа, достаточно широкая для автомобиля. В некоторых местах их земли, словно щупальца, повылезали корни. А уж количество ям и кочек просто не поддавалось никаким подсчетам.
Сразу после подъема дорога ныряла вниз, прямо в объятия огромной лужи, растекшейся по всей ширине дороги. Антон резко затормозил, но не успел. Машина вздрогнула и был отчетливо слышен удар, во все стороны полетели брызги.
"Блин, так и подвеску угробить не долго" - пронеслось в голове водителя. Откуда здесь взялась такая большая лужа, учитывая что уже вторую неделю стояла невыносимая жара, было непонятно. Хотя этот вопрос быстро вылетел из головы Антона, на такой дороге отвлекаться не следовало. Он лишь немного поёрзал на сидении, стараясь устроится поудобнее. Хотя, после двух дней пути, это не слишком помогло. Утешало лишь то, что осталось совсем немного. Только почему эти самые последние метры всегда должны быть и самыми сложными?
Спустя некоторое время деревья расступились и впереди показались деревянные домики. Вот и Антоновка. Последнее пристанище в этом путешествии. 
Первый дом в деревне, можно сказать его тёзки, уже почти развалился. Следующий был в более хорошем состоянии, но тоже явно не жилой. Проехав так несколько домов, Антон наконец заметил признаки жизни. На лавке, стоящей в тени высоченной березы, сидел старик и изучал неожиданно нагрянувшего гостя.
Съехав с дороги и остановившись у забора, Андрей вышел из машины и направился знакомиться:
- Здравствуйте, хорошего вам дня.
- Здравствуй, здравствуй, молодой человек. Вы к кому приехали? - Тут же поинтересовался у него местный житель.
- Я приехал в Антоновку. - Антон хотел было показать свой фотоаппарат, но сообразил, что забыл его в машине. Поэтому просто продолжил. - Я фотограф. Делаю снимки деревень, быта местных жителей, природы.
- Фотограф? - старик улыбнулся - Что у нас снимать то? Живем мы помаленьку, в далеке от всего. От всей вашей цивилизации. А вас как звать то?
- Антон. - заметив как блеснули глаза старика добавил. - Ну да, как и вашу деревню. Мы можно сказать тёзки. Вот и еще одна причина по которой приехал. 
- Ну садись тёзка. - парню было указано место рядом, на лавке. - А меня Степан Васильевич зовут. Но все просто Степаном называют. Да и ты можешь. Не те у меня уже годы, что бы так о имени волноваться.
- Хорошо. - Антон сел рядом и посмотрел на небо. - А где тут у вас можно остановиться? Я на пару ночей. Конечно привык в машине спать, уже не один день в пути, но хотелось бы и в кровати. Удобней и спится лучше.
- Да у меня и оставайся. - последовал благожелательный ответ. - Места много, не стеснишь.
- Спасибо. Но вы на боитесь вот так к себе незнакомого пускать? Вдруг что?
- А что мне боятся? Брать у меня нечего. Да и кто поедет по нашей трясучке, в эдакую даль воровать?
- Да. - Согласился Андрей. - Дороги у вас действительно нечто. И правда настоящая трясучка. Всего вытрясла.
- Её можно сказать и забросили давным давно. Мало кто ездит. Да можно сказать только продукты иногда и подвозят, а больше и все. Раньше хоть приезжали, навещали. Ко многим... А сейчас... Эххх! - Степан махнул рукой. - Доживем скоро и сгинет наша деревенька вместе с нами.
- Батюшки! - Неожиданно раздался охающий голос со стороны дороги. Повернув голову Андрей увидел весьма значительных размеров старушку, которая тяжело переступая ногами, уже отворяла калитку и шла к ним. - Степан, да не уж то это к тебе? И гости? Что ж не знакомишь? 
- Угомонись старая! - замахал на неё руками Степан. - Спасу от тебя нету. Не ко мне он. Фотограф это. Будет тебя снимать. И в газете потом выложит. А ты тут охаешь на всю деревню. Что люди то скажут?
- Батюшки! Правда что ли? - старушка засуетилась, приводя себя в порядок.
- Здравствуйте. - поздоровался уже с ней виновник всего переполоха. - Меня Антоном зовут. Я и правда фотограф. Правда любитель. Уж не знаю куда мои фотки попадут. Но точно не в газету.
После этих слов старушка успокоилась, а Степан уже начал их знакомить:
- Это бабка Надя, можешь её так и звать, не обидится. Но много её не слушай. Она если начнет, может без умолку трещать. И все глупость одну. А уж если с другими соберутся, так вообще спасу нет. Трещать будут пока языки не отсохнут. Тут уж и остается только бежать без оглядки.
- Ладно тебе старый. - прервала его старушка. - Сам то можешь без умолка трещать со своим Вадимом. Если вечером усядетесь, то до самого утра и будете куковать. Потом и на ногах стоять не можете. Сколько уже раз в дом затаскивала. Можно подумать мне больше делать нечего. - не дав Степану и слова сказать в ответ, тут же повернулась к гостю. - А пока вы здесь можете и у меня пожить. 
- Вот уж не слушай её! - махнул в ответ на это предложение Степан. - Со свету ведь сживет. Ничего хорошего не будет. У меня он остановился. - Это уже  было сказано для бабки Нади.
- Давайте я хоть пирогов принесу. Сейчас, сейчас. Как чувствовала, и приготовила. - засуетилась старушка. - И что ж ты старый гостя на пороге держишь? И голодом моришь? Ничего не скажешь, радушный хозяин. - Баба Надя уже отворяла калитку, спеша к себе домой. - Сейчас, сейчас! Я быстро. 
Старик лишь покачал головой:
- Сейчас всем растрезвонит. Спасу нет. Но пошли. Печет она пироги и правда хорошо. Так что пошли. Покажу свои хоромы.


День солнцестояния.

Взмах колуна и полено раскололось на две довольно ровные части. Нагнувшись Антон поднял одну из них и утвердив на земле еще раз взмахнул колуном. Потом еще раз. Подняв результат своих трудов, Антон бросил их на стоящую рядом поленницу и взялся за другой чурбак. Работы предстояло еще много. Дед Степан сидел рядом, в тени все той же раскидистой березы. 
- Отдохни уже. - И кивнул на стоящий рядом кувшин. - Всего все равно переколоть не сможешь. Да я и сам уже привык. Силы слава богу еще есть. А что поделать? Один мужик на всю деревню остался. Приходится. Лучше садить, вот пива глотни. Это тебе не та отрава что продают. Сам делал. - Не без гордости похвастался Степан.
Вытерев со лба пот Андрей отложил колун. Работать в такую жару оказалось в двойне не просто. Палящее солнце прямо высасывало силы. 
- Пиво? Я же за рулем! 
- Ты ведь на пару дней к нам. Да и кто тебя здесь проверять будет? Сроду такого не было. Вадим только иногда заезжает. Участковый наш. Но он тебя проверять не будет. Он сам любит моим угоститься.  
- Спасибо. Но не стоит. Мне ведь сегодня ночью еще и в лес. А там трезвая голова нужна не меньше чем на дороге.
Степан даже испугался от такого заявления:
- Ты что такое говоришь? Кто же в ночь по лесу шастает? Чего удумал! У нас тут и места опасные есть и звери встречаются. Ты не вздумай!
- Да не волнуйся ты так, дед Степан. Не впервой мне по лесу шастать. И с ночевками не раз был. И даже со зверьем диким сталкивался. Не маленький все таки. Это для меня легкая прогулка. И похлеще бывало.
- Похлеще, не похлеще... А не ходи. - Степан неожиданно твердо посмотрел на своего гостя. - Не сегодня. Плохая сегодня ночь. Если тебе так это в голову взбрело иди потом. А сегодня не надо. Нынче всякое может случится.
- Да сегодня ночь будет особенная. - Андрей поднял взгляд и щурясь посмотрел на небо. - Ночь после солнцестояния. Слышал я об этой легенде, про лис.
Дед Степан как-то особенно сосредоточенно отхлебнул из своей кружки и вздохнул:
- Не легенды это... 
- А что? - Андрей перехватил взгляд старика. - Я хоть и слышал, но мало. Словно у лис в эту ночь праздник. И вылезают они из своих нор. 
- Можно сказать и так. - Старик отлил из кувшина в пустую кружку и протянул её Андрею. Что бы не обижать старика, тот все же взял. - Не простые это лисы. Совсем не простые. Живут они под землей, глубоко. Под самым озером. - Степан махнул рукой показывая направление. - У них там целый город. И вот, каждую ночь, после солнцестояния, вылезают они на поляны. И водят там хороводы. И празднуют. И честному человеку лучше держаться подальше от них. А то заманят в свой круг. Закружат, а к утру к себе в город утащат и самого в лиса превратят! Так что отдохни лучше сегодняшнюю ночь. А там утро вечера мудреней. 
Андрей молчал, все также разглядывая безоблачное небо. По своему истолковал это молчание Степан продолжил:
- Наверно думаешь, что ерунда это? Бабьи рассказы? А нет, не так... Сам все видел. - Степан сделал еще один большой глоток, и Андрей наконец посмотрел на него. - Давно это было. Я еще совсем молодой ходил. Перед девками тогда себя ставил. Показать хотел какой смелый. Ну и на спор сказал, что с лисами повстречаюсь. И нет бы умом подумать, переночевал бы в лесу и все дела. А потом бы сказал что не встретил никого. Не один ведь я такой был. И до меня находились смельчаки. Думаю они так и поступали. А я нет. Пошел искать.
Степан на некоторое время замолчал, и не выдержав Андрей поторопил его:
- Ну что там дальше то было?
- В общем прошел я за озеро, к полянам. И вдруг слышу вроде музыка, или пение какое. Такое тихое, что вроде и чудится, а вроде и на самом деле. Я ближе подошел, хоть и страшно. А там на поляне рыжий хоровод. Ну я тогда и бросился на утек. Бежал до самой деревни. Повезло мне тогда, не заметили они. А то сейчас ходил бы с хвостом в этом их городе... - Старик вздохнул. - С тех пор седые волосы у меня и появились.
Андрей некоторое время задумчиво смотрел на Степана, а затем спросил:
- А что такого в хвосте плохого то?
- Что? О чем таком говоришь то? Сам подумай! В лиса превратиться! Это ж не по человечески. Кто захочет? 
- Может кто и захочет. - Андрей неожиданно встал. - Ладно сама работа не сделается. Хочешь не хочешь, а надо.
Подойдя взялся за колун.
- Ты не ходи. - Снова предостерег его Степан. - Не дело это.
- Не волнуйся. Все будет как надо. - С последним словом Андрей взмахнул колуном и еще одно полено раскололось на две половинки.


Четыре дня после солнцестояния.

Спустя недолгое молчание дед Степан, сидевший на своей любимой лавке, посмотрел на собеседника:
- Так и не нашли ничего?
- Да куда там. - вздохнув отмахнулся Вадим, участковый. - Ничего. Да и не найдем уже.
- Это почему?
- А как? - Вадим покачал головой. - Что мне дали? Два человека. Весь лес тут прочесывать. Капля в море. А помощников вот давеча отозвали.
- К озеру он пошел. Я бы и сам помог искать да ноги уже не те. Почему же отозвали?
- А кому он нужен, этот твой потеряшка? Вон, леса горят только так. А тушить и некому. Народа совсем не хватает. Туда и вернули. Потеряйся тут ребенок может и дали бы больше людей. А так... Здоровый взрослый мужик, сам в лес пошел, сам и виноват. И чего его туда понесло?
- Фотографировать хотел. Лес там, природу. Но говорил я ему. Не послушал, вот лисы его и утащили.
- Опять эти байки.
- Я сам видел их.
- Да слышал я это историю уже тысячу раз. Что ж твой фотограф свой фотоаппарат даже из машины не достал? Тоже умник нашелся. На медведя наверно и нарвался. Их сейчас по лесу много шастает. Голодные звери. Есть то нечего. Все спалило нещадно. Или в болотине увяз. Там ведь если по правой стороне озера пойти, вроде и кажется почва надежная, а ступишь и бултыхнешся. Поминай как звали. Уже и не вылезти.
- Говорил я ему про это. Не пошел бы туда.
- Да кто его знает. 
- Все одно бы нашли. Хоть что-то. А тут сам говорил ни следа. Лисы это, лисы его к себе уволокли.
- Ладно тебе. Пусть хоть и лисы. Еще наверно попробуем поискать как все успокоится. Машина его пока пусть тут постоит. Потом с ней разберемся. А пока попробую пробить, кто он там и откуда. Давай еще по одной. А то у меня от покупного пива изжога. А твое самое то.
Так они и сидели еще некоторое время, прячась в тени от палящих лучей солнца...